...
Но дело не в том. Кучо знал хорошо, что люди просто глохнут, покланявшись по
стольку раз. Пыхтишь ведь ртом и носом, уши - близко, и ты слышишь только свой
вдох и выдох, слышишь, как поднимаются и опускаются руки, как впиваются пальцы и
ногти в мягкую землю, хватают камень, швыряют его на платформу, и ты нагибаешься,
разгибаешься, нагибаешься, разгибаешься, а хребет твой Ходит вверхвниз, словно
на шарнирах.
Люди оглохли и слышали лишь свое дыхание; люди ослепли от пыли, которую сами
подняли; люди обливались липким потом, пока свисток начальника, укрытого от глаз
в камышовой лачуге с соломенной крышей, не возвещал обеденного перерыва.
Женщины, злые обманщицы, лукаво пересмеивались, продавая им лепешки, сушеный сыр,
колбасу, моронгас, вареные плоды чайоте, юку, фасолевые пирожки. А рабочие пили
воду из крана, не касаясь его губами, потому что на солнце он раскалился, как
ручка сковороды, плескали воду на лицо и на голову, утирались листьями,
валявшимися поближе, только бы не крапивой, и оборачивались к еде, которую
принесли торговки.
С маисовых лепешек стекал зеленый перечный соус. Бобы, жирное мясо, вареная
картошка, ломти агуакате, сыр, пироги с маслянистой, острой начинкой... Кофе с
молоком - верней, молоко с кофе - лился из бидонов в оловянные кружки, жидкое
молоко с черными точками, как бы в веснушках кофеинок; люди макали в него вместе
с пальцами лепешки и хлеб, а потом вынимали разбухшие куски и совали их в рот,
отгоняя мух от усов.
От женщин исходил такой пронзительный запах, что мужчины старались прикоснуться
к ним и хотели бы тут же повалить так же резко, как бросали камень на платформу,
и поясницу ломило от вожделения, как от работы, и в носу жгло. Но женщины
сбивались в плотный ком волос, горячих грудей под грязными блузками, толстых
задов и от мужчин ускользали, бросая туманные обещания, которые, впрочем,
выполняли, ибо многие уже были с брюхом.
Свисток возвещал конец перерыва. Еще ощущая вкус пищи - сколько ни ешь, им все
не хватало,люди принимались за работу.
Кто-то закричал. Глыба фунтов в двести упала ему на ногу и отдавила пальцы...
|
